Добро пожаловать на сайт газеты to Северная панорама   Click to listen highlighted text! Добро пожаловать на сайт газеты to Северная панорама
Нажмите "Enter", чтобы перейти к контенту

“Ясное море” Гаврила Белозёрова

Северная панорама

твои люди, север!


“Ясное море” Гаврила Белозёрова

2 августа долгожитель Шурышкарского района
отметил свой 90-летний юбилей

Северная панорамаДобродушного седовласого дедушку с окладистой бородой безошибочно узнает за версту детвора окрестных улиц. Знают, Гаврил Андреевич обязательно угостит конфетой, погладит по голове, скажет несколько ласковых слов. Просто так, не ожидая ничего взамен. Тянутся к нему и малыши, и взрослые, будто хотят “погреться” о его доброту.

Гаврил Андреевич родился далеко от мест, с которыми связана большая часть его жизни, в Тобольском районе. Был у родителей один, хоть формально родителями они ему не были – семимесячного мальчишку забрала к себе тетка и ее муж, воспитали – кроме как матерью и отцом он их никогда не называл. Папа Андрей Григорьевич и мама Ирина Максимовна были рабочими в Ханты-Мансийском “Рыбакколхозсоюзе”.

Рос умным и смышленым мальчишкой – в пять лет сам научился чтению и письму, в восемь поступил в школу, окончил первый и второй класс в один год.

– Электричества не было, поэтому засиживался с книгой при свете луны, за что от папы получал подзатыльники, -смеется Гаврил Андреевич. – Любил со взрослыми поспорить. Помню, будучи шестилетним пацаном, подслушал, как кто-то из друзей родителей в разговоре проронил “песочный сахар”, я не замедлил поправить – “сахарный песок”.

День объявления начала войны мужчина и сейчас, спустя десятилетия, хорошо помнит, но говорить об этом не может – душат слезы. По радио, словно раскаты смертоносного грома, разносилась страшная новость.

– Помню, как от военкомата уходили первые призывники на фронт. Толпа людей, плач. Парни, уходившие, песни пели, матери и жены рыдали. Живо все в памяти и по сей день! – уже не прячет эмоций мой герой.

Маму в первые же дни войны призвали в трудармию, на Омский военный авиационный завод. Зимой 1942 года она была комиссована, шла пешком от Омска до Ханты-Мансийска. В У вате попросилась переночевать, имела неосторожность взять со стола кусочек хлеба, за это хозяйка дома сдала ее милиции. Этапом Ирину Максимовну отправили обратно в Омск, только уже не на завод, а в лагерь. В этот же год умер папа.

– Остался совсем один! Была тетка, но у нее своих трое детей и тут я – нахлебник, не стал там оставаться, бродяжничал, – рассказывает мужчина. – В 1942 году еще ходил в школу, но после зимних каникул – бросил. Хотя учился хорошо, в пятом классе был членом редколлегии. Один раз даже пришлось на самого себя писать эпиграмму. Любил я на уроке книгу почитать. Кто-то пожаловался, дали задание меня в стенгазете высмеять. Сам про себя же написал, правда, первую строчку время из памяти стерло: “Белозёров не моргает, на уроке прочитает 270 страниц”. Работал в ЦРМ – центральной ремонтной мастерской. Нас было шесть подростков, я среди них считался бригадиром, были “на подхвате” у слесарей.

Ночевал, где придётся – в стогах сена, на чердаках домов. На одной из таких ночлежек продрогшего, голодного мальчишку нашла Пимка, черная кошка. Гаврил оставил ее после смерти отца в старой квартире, но она отыскала его через расстояние в полтора километра. “С тех пор у меня к черным кошкам и котам -особое уважение”, – говорит Гаврил Андреевич, поглаживая любимую питомицу – грациозную кошку с созвучной кличкой Симка, тоже черную, как сама ночь.

Северная панорамаСупруги Белозёровы и мужевский военком Леонид Василенко (на фото
крайний слева) в саду госпиталя им. Бурденко.

В марте 1944 года по наговору товарища попал в милицию за воровство, которого никогда не совершал.

Полтора месяца пробыл в СИЗО, помогли отличные характеристики из школы и с места работы, суд “дал” два года условно. В этом же году из лагеря вернулась мама, вместе они отправились в Салехард. Сначала работал в совхозе, потом узнал, что в Шурышкарском рыбкоопе требуются работники. Так осенью 1944-го Белозёровы попали в Шурышкарский район, сам смеется – “началась моя северная эпопея”, которая длится и по сей день. Весь район не только изъездил, но и исходил пешком.

Жили в Питляре, где тоже трудился в рыбкоопе, здесь же встретили новость о Великой Победе.

– Кто знал, что родные живы и скоро вернутся – радовались, другие – плакали. В соседях у нас жили Воронины, Андрей пропал без вести, осталось двое детей, жена его сильно плакала. Правда, сам он позднее вернулся. Без руки, но живой! Факт один – с этого момента жизнь начала к лучшему меняться, – вспоминает Гаврил Андреевич.

В 46-м году переехали сначала в Хашгорт, позднее, зимой, – в Горки. Мама работала пекарем, но здоровье стало подводить, отекали и болели ноги, поэтому Гаврилу приходилось самому вставать к печи.

– Представляете, мука тогда была 1935 года производства! Страна готовилась к войне, делала запасы. Знаю, что в Новом Порту был “мерзлотник” – камера хранения в вечной мерзлоте, были сделаны стратегические запасы, – рассказывает мужчина.

Северная панорамаКруглые очки – визитная карточка Гаврила Андреевича

Работали на износ, но времена были такие – надо, значит надо! Гаврил Андреевич вспоминает, как восемнадцатилетним парнем трудился возчиком в Горках: развозил воду, дрова в пекарню и по магазинам, доставлял хлеб. Трудный рабочий день начинался в шесть, в обед одного коня заменяли другим: лошади такой ритм выдержать не могли, а человек справлялся! Часто до полуночи продолжался хлопотливый
день, потом короткий ночной сон и снова на работу.

– Поколение было такое -не боялись трудностей, – не без гордости говорит мужчина. – И до сих пор я не считаю это подвигом. Свободного времени, правда, не было, не до девчонок!

Невысокий, но крепко сложенный и не обделенный силой паренек был авторитетом, пользовался уважением среди ровесников и местных жителей. Если где случалась драка говорили – “разойдитесь, а то Ганьку позовем, он живо вас разнимет!”. У местных ханты был желанным гостем, отлично знал язык, охотился, рыбачил с ними.

Несколькими годами позднее направили молодого человека в Лопхари в роли заведующего сельским клубом и секретаря комсомольской организации.

– К началу пятидесятых у меня уже было больше
тридцати комсомольцев. Строили школу – бесплатно! Рыбу ловили, дрова заготавливали, – вспоминает Гаврил Андреевич. – Однажды помогал собирать детей в интернат из деревень и рыбацких песков. Мог уговорить сурового отца отдать дочь в школу, потерпеть. Помню, однажды взял на себя миссию стричь ребятишек: вшей тогда было в изобилии, кишели в головах.

Помимо прочего в обязанностях значилась и обширная партийная работа, просветительство и пропаганда. Практически каждый месяц вызывали на пленум райкома в райцентр. И добирался до Мужей Гаврил Андреевич весьма необычным способом.

– Я имел права нанять извозчика, оплата была по тарифу рубль – километр. Считай, 110 рублей в одну сторону, столько же в другую -дорого! Поэтому в Мужи
шел на лыжах, при этом нес с собой мешок книг в библиотеку, чтобы здесь сдать и принести лопхаринцам новую литературу. В обед из Лопхарей уходил, к полуночи приходил в Мужи. Ночевал, утром шел на пленум, после – в библиотеку, ложился отдохнуть и около полуночи снова вставал на лыжи, к обеду следующих суток был дома. По пути заходил в Киеват – покурить и в Ишвары – перекусить.

Ни холода, ни темноты не боялся отчаянный активист, обходили стороной его и звери. Лишь однажды порядка десяти километров лыжника сопровождали три волка, но, так и не дождавшись, когда его силы иссякнут, – отстали.

Северная панорама
На первомайской демонстрации в селе Горки

Привыкший работать физически Гаврил отработал на “офисной” должности лишь три года. Когда надумал уходить, его попросили

– дождись выпуска в Салехардской культпросветшколе, кто-нибудь приедет на замену. А он смеялся: “приедет девчонка – женюсь!”. И действительно, приехала Машенька – только так, ласково, называет Гаврил Андреевич свою супругу – которая на долгие годы стала женой, лучшим другом, большой и единственной любовью мужчины. Ее нет рядом уже 14 лет…

Сам он перешел работать в совхоз, был завхозом -практически вторым лицом после председателя, работал мотористом на катере. В 1955 году семья перебралась в Мужи.

– Здесь работал в рыбкоопе, был капитаном на самоходке, работали вместе с Иваном Пичугиным, Геннадием Урубковым. Потом стало ухудшаться зрение, судоинспектор порекомендовал уйти, пока до аварии не дошло. Хотя ночью я видел лучше здорового человека, а днем, да, глаза стали подводить. Меня вызвали в райком и перевели на работу председателем в ДОСАФ -Добровольное общество содействия армии и флоту, -вспоминает юбиляр.

А еще через три года Гаврил Андреевич стал трудиться на благо “важнейшего из искусств” – кинематографа. В то время в каждом поселке был киномеханик с аппаратурой, практически каждый день “крутили” новинки и классику кино. Однажды мужевский киномеханик стал победителем соцсоревования, выиграл главный приз – легковой автомобиль Газ.

Только здесь он зачем, дорог то не было. Тогда мне предложили обменять автомобиль на четыре импортных широкоэкранных аппарата “Ксенон”. В округе такой был только в Салехарде. Я один оставил в Мужах, остальные отправил в Овгорт, Шурышкары и Горки,

– рассказывает мой герой.

Вместе с любимой Машенькой, Марией Николаевной супруги воспитали пятерых детей. Дочь Галина живет в соседней квартире, всячески помогает отцу, еще одна дочь – Ирина тоже в Мужах. Татьяна живет в Восяхово, работает учителем, Александра – в далеком Казахстане. Единственный сын Андрей погиб, будучи еще совсем молодым – по сей день это большая трагедия для отца.

Большая глава жизненной летописи Гаврила Андреевича – строительство православного храма в Мужах. Силами его и других активистов была возведена церковь, сформирован приход.

– Я встречался с владыкой Димитрием, он дал мне лишь три маленьких картинки с изображением храма, ни чертежей, ни схем, -рассказывает староста храма. – Мужевский храм – аналог церквей в Увате и Ханты-Мансийске, только купол совсем другой. Деньги на строительство собирали “всем миром”.

В первые годы работы церкви, служили без священников, службу вел сам Белозёров.

В дружеской, уютной беседе Гаврил Андреевич постоянно произносит оригинальную присказку “ясное море” – мол, очевидно все, понятно. Не могу успокоить свое журналистское любопытство, спрашиваю – откуда эта фраза, как она появилась?

– Сам не могу сказать, кажется, всегда была в моей речи! У меня даже прозвище одно время было – “ясное море”. Однажды попалась мне в руки книга Михаила Бубеннова “Огневое лихолетье”, а там у главного героя такая же присказка.

Не могу не спросить и откуда привычка раздавать детям конфеты?

– Сон мне однажды приснился, будто нахожусь я на службе в Иерусалиме, которую ведет священник Феодосий, – рассказывает мужчина. – Я о нем ничего не читал и не знал, проснулся, стал искать информацию. И в биографии его был один факт – Феодосий всегда раздавал детям конфеты. С тех пор и мои карманы, когда гуляю или иду куда, забиты сладостями!

Валентина Никитина.

Фото Татьяны

Паршуковой и

из личного

архива Г.А.Белозерова.

   На главную страницу “Северной панорамы”


Северная панорама

“Северная панорама”. При использовании материалов
ссылка на “Северную панораму” обязательна.

Яндекс.Метрика




Будьте первым, кто оставит комментарий!

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

+ 10 = 18

1940-2020©СЕВЕРНАЯ ПАНОРАМА Газета зарегистрирована Управлением Федеральной службы по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций по Тюменской области, Ханты-Мансийскому автономному округу - Югре и Ямало-Ненецкому автономному округу. Свидетельство о регистрации ПИ № ТУ 72-01224 от 16 марта 2015 г. Индекс 54344.
Click to listen highlighted text!