Наталья Русских
Продолжение. Начало в № 14, 15
Пуговка
Ох, и настрадались наши-то в военные годы. Намаялись, натерпелись, по полной лиха хватили, до дна чашу горя испили. Мужчин кушеватских почти всех на войну забрали. Одни женщины, дети да старики в селе остались – такая вот ударная силана рыбозаводе. Вся мужская работа на их плечи легла – рыбалка летняя и зимняя, обработка улова, сети чинили, лодки смолили – всё, что раньше мужики делали – бабам да ребятам досталось.
Рыба эта потом до самого конца по ночам снилась. На работе наломаются, а дома ребятишки – ещё один трудовой фронт. И огород, и сено, дрова, коровёнка – всё на их плечах. Выходные редко бывали. На Первомай всех отпустят или зимой, в морозы лютые, день другой дадут. Но и этому рады были. Понимали,что так нужно, что не одни они победу в тылу добывают, вся страна так живёт. Мужчины на фронте жизней не жалеют, ради них и детей своих. Сознательные были.
Где только силы брали наши женщины, откуда черпали – только они и знали. Одной мечтой жили – победить. Зло это навеки уничтожить. Для этой мечты и сил не жалко. Да ещё, чтобы все домой с войны вернулись. Всё лучшее, что в человеке есть, тогда проявилось. Одним миром жили в нашем маленьком посёлке. Друг друга поддерживали, помогали, последним делились. Все обиды в раз позабыли и не вспоминали даже, ерундой тогда всё это казалось и глупостью. Вместе над похоронками плакали, вместе письмам с фронта радовались, вместе ребятишек поднимали. Всем миром-то не так страшно было, лучше, надёжнее. Война научила, как надо по-человечески горе пережить, судьбу принять, все точки расставила. Вовек бы только уроков этих не знать, но что поделаешь – так случилось. Кого только тогда наша земля не приняла, сколько людей спасла, сколько судеб разрешила. Вон ребятишек ленинградских приютили. А там судьбы-то не приведи бог – трагические судьбы. Это у детей-то. Помогали им, конечно, чем могли.
Память о маме
Из наших там Ильинична работала. Она всегда стряпнёй своей славилась вот и детишкам готовить стала. И столько историй рассказывала про детей тех, про то, что им пережить довелось. Рассказывает и плачет всегда. Вот однажды про Наденьку поведала. Девчушке лет шесть, может семь, трудно определить-то, они там все такие замученные были. А у девчонки этой, у Нади, пуговка была. Красивая пуговка, большая, дорогая, наверное. Мы-то таких здесь и не видели. Она её в кулачке постоянно держала. А потом сказала, что эта пуговка у неё от мамы осталась. Это ж надо – от мамы пуговка осталась. Единственное что и осталось. Ох, горе-горюшко какое…
Вот и задумала Ильинична сшить ей нарядный воротничок на платье и пуговку ту на воротничок пришить. Не дай бог, ещё потеряет или закатится куда. Что тогда с девчушкой будет? Этож как будто маму второй раз потерять. Женщины одобрили такое решение, да вот беда – где ткань подходящую взять. Одна предложила косынку шёлковую, довоенную ещё, мало носила, новая почти. Но Ильинична забраковала, сказала, что шёлк – материя деликатная, непрочная, не подойдёт.
Покумекали женщины, повздыхали, по сундукам порылись. Нашли. На рыбозаводе в сетепосадочной нитки капроновые взяли, чтобы крепко ту пуговку пришить. Чтобы не потерялась мамина пуговка. Так всем миром Надюшу и нарядили. Уж как она рада была, как рада.Вечером воротничок снимет, пуговку пальчиками погладит да под подушку бережно положит. Утром воротничок достанет, пуговку поцелует, как будто с мамой своей встречается. Не расставалась с воротничком-то. Пуговка та ей силы давала и веру, что мама найдётся.
Добрый сигнал
А мама нашлась. Она на окопах работала в начале войны, они в плен попали. Но выжила, выкарабкалась из ада. После освобождения нашла свою Надежду, доченьку свою, кровиночку ненаглядную. Чудо да и только. Это нам потом, уже после войны, Марта Яковлевна написала. Видать, детская вера, детская надежда, детская любовь – святые. А как иначе-то? Это ведь как сигнал Туда, где такие вопросы решаются. Да ещё рядом с сигналом тем идёт человечность великая и доброта.
Вон как наши женщины постарались, не отмахнулись от девчушки, ну подумаешь – пуговка у неё, великое богатство.Всего делов-то – воротничок сшили, а девочка надежду не потеряла, не отчаялась, верить не перестала, маму ждать не перестала и мама, может, потому и выжила в плену том страшном. И не мелочь это, а очень даже великое дело. Вот и дошёл этот сигнал Куда Надо. И никаких чудес здесь вовсе нет.
Продолжение следует…
