Северная панорама

репортаж

Живая и мёртвая вода Сыни
Продолжение. Начало в № 7-9 “СП”.

Северная панорама

Венгерская любовь Аркадия Лонгортова
Уже семь лет Аркадий Лонгортов, в прошлом дизелист и житель Оволынгорта, живет в стране Евросоюза - Венгрии. Судьба свела его с ученым-угроведом Эстер Руткаи лет 10 назад, когда она жила и работала в районе. Изучая язык, обычаи и традиции народа ханты, часто бывала и подолгу жила в сынских гортах. Уехала Эстер обратно в Венгрию не только с богатым научным материалом, но и с мужем.
За семь лет жизни в Евросоюзе это третий приезд Аркадия домой. В этот раз приехал поменять (в 45 лет) российский паспорт, гражданството российское он сохранил. В Венгрии в научных кругах угроведов он переводчик, знаток и носитель хантыйского языка. Получается, вместе с Эстер ведут научную работу. А скрепляет семью дочка, которая говорит как на венгерском, так и на хантыйском языке. Попав в родные места, Аркадий буквально светится от радости, рады и братья, друзья. Обстановка сердечная - рассказы, расспросы. Здесь же встретились и поговорили с Константином Лонгортовым, профессиональным рыбаком. От него и узнали нынешнюю картину со здешней рыбалкой.
- С осени рыбалка была, но с морозами обстановка ухудшалась, а к Новому году вообще перестала попадать в сети живая рыба. Дно реки, что было видно даже в лунку, устлано белой рыбой, в майне слоями плавали снулые мальки.
То есть, вода в оволынгор-тской зимовальной яме сгорела, а с ней погибло и много рыбной живности. Побывали мы еще в нескольких домах, в одном из которых женщины устроили что-то вроде посиделок, одна водилась с маленьким ребенком, две другие коротали зимний день за рукоделием - выделкой шкурок, шитьем орнамента. Здесь, в глубинке, ближе к природе, национальная одежда носит практический, а не декоративный характер.

На Тильтим!
Выше Оволынгорта ситуация дорожная стала меняться: покрепчал мороз, исчезла автомобильная колея, осталась наезженная снегоходная тропа. Река практически намертво закована в лед: на всем протяжении до верхних деревень не было наледи, часто проезжали мимо ручьев, свисающих с крутого берега в виде длинных ледяных языков - тех самых ключей, которые обычно и питают живой водой зимовальные ямы. Они перемерзли напрочь. Так же как и перекаты, то есть зимовальные ямы заблокированы, и рыба в них задыхается или уже задохнулась.
Тильтим в прошлом также базовая национальная деревня оленеводов и рыбаков. Работали в советские времена здесь пекарня и магазин, была даже начальная школа. Сегодня есть здесь, правда, связь - таксофон, "тарелки" спутниковые тоже практикуют. А вот за продуктами ездят в Овгорт, путь немалый - около сотни верст по реке.
Один из старожилов деревни Иосиф Алексеевич Талигин как раз и уехал в сынскую столицу за продуктами, другой старожил Анатолий Михайлович Та-лигин - уехал в лес. Более молодой житель деревни, профессиональный рыбак Эдуард Талигин, констатирует, что рыба тоже гибнет в здешних зимовальных ямах. Сегодняшняя контрольная проверка одной сети дала с десяток живых рыбин, и мешка два занесло в неё погибших особей, что пошли на корм собакам.
К вечеру мороз еще более покрепчал, обувь промерзла, организм, несмотря не теплые остановки, набрал холода и просил отдыха у раскаленной печки.
Заехали еще в Мувгорт, наверное, к самому возрастному на сегодня старожилу сынских гортов - Василию Ефимовичу Лонгортову. Не назовешь деревней или кочевым стойбищем такое традиционное национальное селение, где живут одна-две семьи. Это один из многих "гортов".
Очень аккуратный домик со спутниковой антенной, в комнате печь-каменка. Рядом еще одни дом - сына Артёма. После традиционного чая да расспросы о рыбных заморах ветеран пускается в воспоминания о совсем уже былинных временах -как пас оленей в 50-е годы, когда личных оленей держали в отдельном стаде.

Северная панорама

Рассказывает и о заморах. Из ближайших сильных, что добрался до верховий, в 2010 году, тогда, вспоминает он, весной со льдом рыбу пластами несло по реке. Сколько же лет, гадаю, старожилу? На вопрос "Давно ли на пенсии?", отвечает: "С 1995 года". И с тех пор практически безвыездно живет здесь. Держит коня, дрова, рыбалка - всё на коне. Супруга приболела и осталась в этот раз в поселке, но приехал в отпуск сын из оленбригады. Вот такой он традиционный образ жизни коренного сынского обитателя.
Уже смеркалось, когда доехали до стоянки Виктора Артанзеева.
Это последний перед самой верхней деревней, Евригортом, "населённый пункт". У Виктора Артанзеева это большой просторный дом, рядом традиционные постройки - амбарчики для хранения продукции, чум дровяной "юх-хот". Летом Виктор рыбачил от сельхозпредприятия "Мужевское" в Тапсыгорте, с осени - здесь, на постоянном зимнем месте жительства.
- Здесь вода в реке еще живая, -говорит он. - Но если продержатся такие морозы, то может и здесь сгореть.
Наконец-то добрались и до "живой" воды Сыни - за сотню километров от Овгорта. И если выше река не сгорит, что-то сохранится, и весной будет скат рыбы.
Здесь же, отогревшись у жаркой печки, заночевали после долгих рыбацких и охотничьих рассказов. Живут они семьей, двухлетняя дочка пока не переживает о цивилизации - мама рядом. Привыкла уже к рыбному рациону, вместе со взрослыми ела малосольную рыбу, после чего припала к материнской груди.
Довезли мы до самой верхней стоянки и нашу традиционную передвижную библиотечку - подборку районной газеты, газеты, журналы, помня, что семья эта читающая. Новости же большей частью здесь узнают, как и в старину, от проезжающих. Так из уст в уста передают здесь нынешнюю историю, как в одно из оленстад, что зимует в верховьях Мат-югана пришел, овцебык (!). Стадо этих животных содержится в Горно-Хадытинском заказнике в Приуральском районе, а это километров 300 вдоль Урала.

Минус 47 в феврале -не предел!
Утром уличный термометр на стене избушки показал минус 47 градусов. Да, видимо, еще не все испытания кислородным голоданием для оставшихся рыбных косяков закончились, и загар, возможно, поднимется выше по реке.
Не без трудов запустив японский снегоход-скороход, почти без остановок покрыли завершающий участок в 75 километров.
В этот день в райцентре как раз обсуждали на представительном "круглом столе" вопрос развития аквакультуры, шел разговор и о заморах. Аквакультура (разведение рыб в местных водоемах), конечно, дело перспективное. Но неплохо бы сначала все-таки научиться своевременно и правильно реагировать на такие, в общем-то, предсказуемые природные явления как заморы, от которых рыбы гибнет столько, что никакой аквакультурой не восполнишь. Образованный заказник Сынско-Войкарский имеет главной целью как раз сохранение и восполнение рыбных запасов сиговых. Одна надежда, что его будущие работники научатся предсказывать и бороться с заморами.

Николай Рочев.
Фото автора.



Северная панорама
"Северная панорама". При использовании материалов
ссылка на "Северную панораму" обязательна.


Яндекс.Метрика