Добро пожаловать на сайт газеты to Северная панорама   Click to listen highlighted text! Добро пожаловать на сайт газеты to Северная панорама
Нажмите "Enter", чтобы перейти к контенту

ИСТОРИЯ ОДНОГО ЭКСПОНАТА

Last updated on 6 августа, 2020

Северная панорамаВ районном музее продолжает работу временная выставка “Почерпнувший из родника”, посвящённая 95-летию со дня рождения И.Г.Истомина, на которой представлено более 350 предметного и документального материала из фондов музея.

Первые экспонаты из личного фонда И.Г.Истомина поступили в районный историко-краеведческий музей благодаря хозяину в 1985 году. Сегодня семья Ивана Григорьевича увеличила количество документального и предметного материала до 3 тысяч единиц хранения. В каждом предмете, в каждом документе присутствует дух Ивана Истомина, его творческая аура, желающая воспитать “собственного туземного интеллигента”. Поэтому, погружаясь в истоминский, тонко отточенный его писательским пером, мир, как по волнам плывёшь, представляя непроизвольно всплывающие картины тяжёлых лет становления Советской власти, развития народного образования и писательского мастерства литературы севера …

Одним из первых экспонатов начала экскурсии является “Автобиография” на 17 печатных страницах. На этом уникальном документе Иван Истомин сохранил самые яркие впечатления своей жизни с 1917 по 1929 годы. И я сегодня хочу представить нашим дорогим читателям некоторые абзацы этого документа, не редактируя, от имени автора.

“1917 год. Родился 7 февраля 1917 года в с.Мужи. Отец – Григорий Федулович Истомин (1887-1941гг.), мать – Елена Ивановна Попова (1893-1927гг.). Занятия родителей: зимой – рыболовство и охота из дому, возка дров и сена; весной подготовка к путине, охота на водоплавающую дичь ружьём, касканом (сеткой); летом -рыболовство в арендованных у ханты угодиях в Васяхове и Пырысьгорте совместно с братьями Василием (старше отца) и Панкратием (младше). Все братья жили вместе, с ними их мать Анна Климовна. Мой дед Федул Яковлевич помер в 1909 году.

1921 год. Начал помнить себя. Меня парят в деревянной ванне, я задыхаюсь.

Начало лета. Однажды рано утром кто-то схватил меня с кровати, и бегом в соседний во дворе дом. Там в дальнем углу, защищённые двумя печью и двумя стенами, дети и старики. Плач детей, мольба бабушек. Слышны выстрелы. То и дело заходят солдаты. Детей не трогают. Спрашивали про мужчин. Требовали показать, где спрятано оружие. В окно видно пароход “Марейка” с выставленными на село пушками. Все дрожали от страха. В этот день было много убитых шальными пулями, так как стреляли по селу. Стрельба утихла к вечеру. Мы, дети, позже много пуль вытаскивали из стен амбаров и домов.

Осенью этого же года через Мужи в Обдорск проезжал отряд красных. Наш дом освободили добровольно на несколько дней. Помню перед их уходом я и бабушка в своём доме. Оба почему-то плачем. За окнами на улице бесконечные подводы. К нам то заходят, то выходят люди с револьверами. Один из них подарил мне эмалированную зелёную чашечку. Пользовался ею до 1934 года. Тогда в соседней комнате был какой-то выстрел. Потом подвозы уехали.

1922 год. На масленице. Я глядя в окно на катания, упал со стола в окно. Разбил головой стекло обеих рам. Сильно порезался. Сборы в Вотсягорт. Я впервые остро почувствовал – я мешаю всем. Заплакал. Отъезд из Мужей. Каюк, люди-караван… Комары – нет покоя людям, гибнут собаки. Невотьба, тут же сенокошение, но нет колокольного звону. Ханты нам помогали. Купали меня в росе. Ловлю бабочек, играю стеклянным шаром. Я вовсю ползаю.

1923 год. Весна в Вотся-горте. Ловлю ворон. Одна клюнула в глаз мать. Ловлю снегирей на печке во дворе. Наводнение. Возвращение в Мужи. Звон, целование земли, чтоб земля приняла. Приехали родные матери -Буглины. Я рисую вовсю.

1924 год. Отец из Обдорска привёз мне Ваньку – встаньку. В эти дни умер В.И.Ленин. Весь день народ толкуют о Ленине. Отец делал древко для траурного флага по просьбе сельсовета. Потом были на митинге. Решили построить рацию и электростанцию.

1925 год. Летом переехали в свой дом, построенный отцом. Впервые сам рыбачил, носил на руках Гринька, добыл ёршика. Потом стала помогать мне маленькая Лиза, дочь дяди Панкратия, идёт впереди и предупреждает, где для меня опасно.

Отец стал работать на строительстве почты и радио, получал деньги монетами, запечатанными в столбики. Мать – делегатка, возила меня в нардом, брали журналы, особенно “Крокодил”.

Я читаю, и пишу, готовлюсь поступить в школу. Раздобыл книжку “Мы не рабы”. Отец сделал мне костыли. Долго мучался – не мог ходить из-за слабости ног. Наконец, пошёл. Вот радость-то! Сразу же к соседям -показать!

1926 год. В эту зиму умерла от скарлатины Лиза. Плакал, жалко Лизу. Брат Федя чудит, попа называет богом. Отец мечтает иметь мой рисунок большой – портрет Ленина.
В Мужи привезли ссыльных капиталистов – нэпманов. Один из них еврей, крымский винодел.

Пошёл в 0-й класс, решили и Федю, чтобы помогать мне. Ему всего пять лет. Я нарисовал самодельный букварь, все пользовались. Поступление в школу проверял Яков Васильевич Хозяинов. Я нарисовал икону, и сам молюсь. Бабушка считает это грехом. В школе озорничают ребята на моих костылях, один сломали. Отец сделал другой.

1927 год. Новый учебный год. Я из немногих решил вступить в пионеры. Во время торжественного собрания селян о 10-летии Октябрьской революции, вышел на сцену на костылях. Дали торжественное обещание с галстуком. Потом пошли по сцене. Люди хлопали, отец и мать тоже. Назавтра был на демонстрации, меня возили на нарточке под барабан.
Появился тиф в селе. Школа на карантине. Сперва заболела мать, потом сестра, Федя и наконец я. Болели долго, лечил фельдшер Герасим одним порошком. Мать умерла. Как хоронили, я не помню, был в жару.

1928 год. Когда пошли снова в школу, был уже февраль. Классы полупустые -вот сколько детей умерло и родителей тоже, то отец, то мать, то обои.

Выбрав тёплый день, ездили на Карьке на кладбище, “досыта” наплакались над матерью. Потом дома тоже часто плакали, как будем жить-то. Отец купил мне раскраски и акварельные краски. Помаленьку наладилась учёба, появилась страсть к стихам. Отец рассказывает о Репине и Шаляпине, о Робинзоне Крузо.

Вскоре отец женился на Валентине и велел звать её мамой. В Мужах появилось кино.
1929 год. Ай-Русь и другие ханты все рассуждают о коммунах, о колхозе. Отец доволен. Я и Петя Хозяинов делаем стенгазету. Я рисую, он пишет. Меня возят на нарточках в кино и библиотеку”.

Много и других сведений можно почерпнуть из этого документа. Увидеть прозвища селян: Черлам-Миша, Чурка-Дарья, Пань-Пар, Гажа-Эль…

Несмотря на тяжёлое детство, на физический недуг, Иван Григорьевич своим ежедневным трудом поднялся над невзгодами. Мы всегда будем гордиться им, восхищаться его творчеством, изучать его наследие, доносить его крылатые выражения до посетителей.
Его соратница, помощница, супруга Анна Владимировна жила с детьми в Тюмени и умерла на 94-ом году жизни 20 июля 2012 года. Но жизнь продолжается, как и Истоминский род, подрастают два правнука Никита (внук Александра) и Артём (внук Анатолия). Кто знает, может, кто-то из них продолжит дело дедушки Ивана и сегодняшняя шурышкарская земля встанет перед читателями в не менее красочном свете.

О.Н.Рохтымова, специалист по экскурсионной и выставочной работе РИКМ.

9 февраля 2013 года № 6

Будьте первым, кто оставит комментарий!

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

45 − = 37

1940-2020©СЕВЕРНАЯ ПАНОРАМА Газета зарегистрирована Управлением Федеральной службы по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций по Тюменской области, Ханты-Мансийскому автономному округу - Югре и Ямало-Ненецкому автономному округу. Свидетельство о регистрации ПИ № ТУ 72-01224 от 16 марта 2015 г. Индекс 54344.
Click to listen highlighted text!